Давление на малый бизнес 2016

Принят закон, направленный на снижение административного давления на малый бизнес

С 1 января 2016 года по 31 декабря 2018 года вводится ограничение на проведение плановых проверок в отношении субъектов малого предпринимательства.

В числе исключений — лица, осуществляющие виды деятельности, перечень которых устанавливается Правительством РФ (рисковые виды деятельности).

Кроме того, под действие моратория не подпадут ЮЛ и ИП, привлекавшиеся, в частности к административной ответственности за грубые правонарушения, или лишенные лицензии на осуществление деятельности и с даты окончания проведения проверки, по результатам которой было вынесено такое постановление (решение), прошло менее трех лет.

Вводится понятие риск-ориентированного подхода организации и осуществления государственного контроля (надзора).

Данный метод предусматривает выбор интенсивности (формы, продолжительности, периодичности) проведения мероприятий по контролю отнесением деятельности ЮЛ, ИП и (или) используемых ими производственных объектов к определенной категории риска либо определенному классу (категории) опасности.

Критерии отнесения деятельности и производственных объектов к определенной категории риска либо определенному классу (категории) опасности определяются Правительством РФ, если такие критерии не установлены федеральным законом.

ЮЛ и ИП предоставляется право подать заявление об исключении их из ежегодного плана проведения плановых проверок.

Некуда бежать: государство давит на малый бизнес

Экономические проблемы государства и попытка увеличить налоговые сборы на фоне падения цен на нефть привели к тому, что прошлый год стал годом масштабного переворота в работе малого и среднего бизнеса (МСБ). Причин этому несколько: с одной стороны, борьба ЦБ и Росфинмониторинга с отмыванием денег, схемами по уходу от НДС, обналичкой, с другой — желание Минфина и ФНС собрать больше налогов.

Возможно, в голове у чиновников возникает баланс отношений с МСБ. Государство протоколирует преференции малому бизнесу и выделяет деньги через специальные фонды развития, но они часто испаряются и не доходят до адресата. А с другой стороны, ЦБ закручивает гайки, но в куда более ощутимом для предпринимателей виде: рассылает признаки компаний малого бизнеса, которым нужно закрыть счета. ЦБ поддерживает руководство крупных банков, например, руководитель Сбербанка Герман Греф назвал сектор малого бизнеса «фабрикой по отмыванию доходов».

Бизнес получил ужесточение налогового бремени и усиление регулирования. И если раньше это были проверки налоговиков и других госслужб, то теперь к ним добавился новый регулятор — банки. Они стали элементом фискальной политики — предприниматели должны знать и документально подтверждать им бенефициарных владельцев, кредитным организациям дали право отказывать в проведении операций и открытии счетов. Банки боятся Центробанк и спешат без промедления закрывать счета небольшим или подозрительным компаниям, заодно под нож попадают компании, которые не приносят кредитным организациям больших доходов.

Вероятно, регулятор предполагал, что кредитные организации предложат индивидуальный подход к каждому бизнесу, но на деле этого не происходит. Страх после массовой зачистки финансовой системы привел к тому, что банки с удвоенной скоростью и без разбора принялись выкашивать счета небольших компаний.

Причем банки закрывают счета без предупреждения: останавливают операции, перестают выдавать наличные и закрывают доступ в интернет-банк. И этого достаточно, чтобы перестать существовать бизнесу, если только не перейти на бартерную систему или криптовалюты. Предпосылки для этого есть, но бизнес к этому еще полноценно не готов.

В прошлом году российские банки в рамках закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» заблокировали более 600 000 счетов предпринимателей. За полгода закрыты около полумиллиона счетов. Проблема затронула множество представителей малого бизнеса.

Оснований для отказа в работе с малым бизнесом десятки, есть и те, что носят непубличный характер. Банк России и Росфинмониторинг считают, что достаточно подпадать лишь под несколько из них, чтобы закончить обслуживание в банке, а в итоге и бизнес. Среди них обслуживание юрлица со сроком регистрации менее двух лет, рост объема наличного оборота (более 30% от недельного оборота), проведение операций, которые не приводят к уплате налогов (платежи менее 0,5-0,9% от оборота), операции со счетами контрагентов с признаками транзитных, получение средств суммами до 600 000 рублей, регулярное снятие наличных (ежедневно или в течение трех-пяти дней со дня поступления), снятие наличных, не превышающих 600 000 рублей, наличие у компании нескольких корпоративных карт, через которые только снимаются наличные (без других операций), также регулятору не нравится работа предпринимателя с неправильными контрагентами — бизнес должен знать, кто из них платит налоги, является ли директор контрагента или адрес регистрации массовым.

Читать еще:  В 18 лет высокое давление что делать

Банк не дает возможности предпринимателю получать непрофильные платежи на расчетный счет, например, ресторатор не должен получать деньги за стройматериалы или собственник такого бизнеса не должен покупать за корпоративные средства автомобиль.

Список этих критериев неокончательный — ЦБ постоянно вводит новые. Это приводит к тому, что некоторые бизнесы открывать станет невозможно — в банке не должно быть счетов молодой курьерской фирмы, которая работает с интернет-магазинами, платит мало налогов и принимает деньги от покупателей.

Поведение банков напоминает введение американских санкций: никто из банкиров не хочет держать счета компании, которой по каким-то причинам отказал в обслуживании другой банк. Это приводит к лавинообразному эффекту — банкиры вдобавок к базам ЦБ делятся между собой базами закрытых ими же счетов, и предпринимателям отказывают в банковском счете везде. В результате открывать бизнес в некоторых регионах, где банковская сеть сократилась в результате чистки ЦБ, станет просто невозможно.

Бизнес тоже придумал выход из ситуации — он больше начал прибегать к услугам номинальных директоров, скрывает бенефициаров. Банки воспользовались ситуацией и выстроили два новых вида дохода на пострадавших бизнесменах: берут взятки, чтобы не закрывать счет, и официально берут комиссию за перевод средств (при блокировке) в другой банк — стоимость операции вывода доходит до 15-25% от суммы.

В результате страдают не только «отмывальщики», которые обычно имеют тесные отношения с банками (их счета закроют в последнюю очередь) и быстро приспосабливаются к новым подходам регулятора, а и обычные бизнесмены.

И, конечно, ни Банк России, ни Финмониторинг, ни банки никак не ответят за то, что бизнесмен в результате закрытия счета может потерять деньги и попасть по суд, если нарушит условия договоров, многие из которых могут грозить ему судебными последствиями и штрафами. Жаловаться предпринимателям некому.

В любом случае попытка обелить бизнес и заработать дополнительный налог приведет к тому, что цена входного билета для малого бизнеса вырастет. Это опять же неприятно, так как критерии ЦБ по кредитованию малого бизнеса тоже носят дискриминационный характер — за кредитование МСП банки могут получить дополнительное начисление резервов (что при проверках может выйти им боком), а в итоге получить деньги на развитие невозможно.

Что же делать предпринимателям? К банкам нужно относиться так же, как к регуляторам: иметь запасные счета и альтернативные способы оплаты-получения средств, проверять контрагентов (арбитраж, исполнительные производства) и не открывать фирму в массовом месте регистрации или с массовым номинальным директором. Стараться меньше снимать наличных, четко прописывать основания платежа и вовремя подавать отчетность и, возможно, авансировать налоги.

От государства ждут прекращения налогового и правоохранительного беспредела, глубокой проработки законодательной базы под МСБ, создание соответствующей бизнес-среды. Необходим специализированный и полноценный опорный банк под МСБ. Идею задвинули в дальний ящик. Помимо стандартных банковских услуг, такой банк должен полностью взять на себя сопровождение малого бизнеса, а это значит — вести бухгалтерию, оказывать налоговое и юридическое сопровождение, представлять интересы бизнеса во взаимодействии с государственными органами и судами, осуществлять проверку контрагентской базы. Под такой банк должны быть разработаны своя нормативная база и льготный режим резервирования.

В условиях ужесточения санкций, когда, как воздух, нужен новый качественный скачок в росте экономики, а вложения в инфраструктурные проекты уже свое отработали, именно сейчас пора от слов переходить к делу и принять срочные меры по стимулированию данного сектора экономики, но пока все идет по накатанной, к очередному ужесточению для бизнеса.

Борис Титов просит президента о расширении полномочий

Несмотря на снижение числа проверок, количество и размер административных штрафов для предпринимателей растут, отмечается в представленном сегодня президенту ежегодном докладе бизнес-омбудсмена Бориса Титова. Составленный экспертами индекс административного давления фиксирует, что минимальную по этой части нагрузку бизнес несет в Удмуртии, в Хакасии и Марий Эл, а хуже всего ему в Саратовской, Ростовской и Курской областях. Уполномоченным же для защиты подопечных не хватает адвокатских полномочий, уверен бизнес-омбудсмен.

Уполномоченный при президенте по защите прав предпринимателей попросил Владимира Путина расширить права бизнес-омбудсменов. В ежегодном докладе о состоянии бизнеса, который господин Титов представил главе государства, предлагается наделить самого уполномоченного и его региональных коллег правом выступать представителями бизнесменов в судах всех уровней, подключаться в качестве защитника к уголовным процессам и давать заключения по арбитражным делам. Кроме того, они могли бы получить полномочия оспаривать в судах муниципальные правовые акты, посещать изоляторы и тюрьмы без специального разрешения, а также приобрести свидетельский иммунитет.

Читать еще:  Давление в гидробаке 200 литров

В доклад господина Титова впервые включен «Индекс административного давления», который омбудсмен предлагает сделать инструментом измерения и корректировки контрольно-надзорной деятельности. Индекс измеряет уровень административного давления на предпринимателей в 81 регионе РФ (не вошли Иркутская область, Севастополь, Калмыкия и Ставропольский край) на основе данных всех уполномоченных по защите прав предпринимателей, территориальных органов федеральных ведомств, Минэкономики, Росстата и данных судебной статистики. Измеряются такие показатели, как снижение репрессивности контрольно-надзорной деятельности, эффективность внедрения риск-ориентированного подхода, доля штрафов, назначенных без проведения проверок, и объем наложенных штрафов.

Зачем Борис Титов попросил скорректировать статью Уголовного кодекса

В итоге лучшим регионом для бизнеса оказалась Удмуртия (индекс 2,5), следом идут Хакасия и Марий Эл (оба региона — 2,9), Хабаровский край и Крым (оба — 3,1). Аутсайдерами признаны Карачаево-Черкесия, Ингушетия (по 5,0), Курская, Ростовская и Саратовская области. В целом, несмотря на снижение количества проверок (с 2012 года число плановых и внеплановых инспекций на всех уровнях власти снизилось на 41%), число административных штрафов, наложенных на предпринимателей, и их общая сумма продолжают расти, подчеркивается в докладе.

Давление на бизнес: аресты и крах предприятий

В августе Владимир Путин представил новые меры защиты бизнеса от избыточного административного давления. Сокращение внеплановых проверок, запреты на беспричинное продление срока арестов предпринимателей, изъятие серверов и жестких дисков при проведении следственных мероприятий — эти и другие инициативы должны способствовать улучшению климата в сфере бизнеса.

Указания последовали после рассмотрения президентом РФ ежегодного доклада о проблемах бизнеса в России, который предоставил ему уполномоченный при президенте по защите прав предпринимателей Борис Титов. Согласно документу, по итогам 2016 года было зарегистрировано около 260 тыс. экономических преступлений. Почти каждый седьмой правонарушитель был осужден. При этом 7 тыс. граждан, оказавшимся в зале суда, не удалось избежать тюремного заключения.

Как в России происходит давление на бизнес и как приходят к краху компании, владельцы которых попали в колонию, — в материале «Известий».

Угодить за решетку и потерять бизнес

В 2008 году в отношении бизнесмена Иосифа Кацива было возбуждено уголовное дело по статье «Мошенничество». По версии следствия, он вместе с тремя другими обвиняемыми, работавшими в Импэксбанке, 53 раза брал кредиты, которые, вероятно, не собирался возвращать. Общий ущерб от действий предпринимателя оценивался в 1,3 млрд рублей. В апреле того же года Кацива задержали. Срок содержания под стражей составил 5 лет 3 месяца: из них 2 года заняло следствие, 3 года — суд. В декабре 2012-го за Кацива вступился Борис Титов. По его словам, в устных беседах губернатор и прокурор Ростовской области согласились, что арест — слишком суровая мера пресечения по этому делу и они не видят смысла в столь долгом содержании бизнесмена под стражей. Тем не менее Кацив находился в СИЗО вплоть до 1 июля 2013 года, когда Кировский районный суд Ростова-на-Дону приговорил его к 6 годам колонии общего режима.

Тогда же, в 2008 году, потерпел крах кредитный кооператив «Инвестор-98», обладавший признаками финансовой пирамиды. Многие участники этой группы были впоследствии выведены из дела. Но не предприниматель Юрий Осипенко, глава компаний «Церс» и «Нотис», автор ряда патентов и по совместительству один из первых в России бизнесменов, наладивших выпуск мощных светодиодных светильников. Изначально Осипенко проходил по делу в качестве свидетеля, позже стал подозреваемым, а затем — обвиняемым. Под стражу Осипенко взяли в июне 2010 года. Однако виновным его признали лишь в сентябре 2016-го, тогда же приговорили к 9 годам лишения свободы. В защиту предпринимателя высказывались как Титов, так и уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова. Однако суд не сократил срок пребывания бизнесмена в СИЗО. В итоге Осипенко просидел за решеткой в ожидании приговора более 7 лет: из них 1 год 6 месяцев заняло следствие, 5 лет 6 месяцев — суд. Бизнесмен всё еще находится в СИЗО, приговор обжалуется и в силу пока не вступил.

В июне 2015-го под стражу был взят Виктор Филатов — гендиректор компании «АльтЭнерго», специализирующейся на реализации инновационных проектов в сфере альтернативной энергетики. Под его руководством была построена одна из крупнейших в России биогазовых электростанций «Лучки». Вскоре его вместе с другими фигурантами дела обвинили в присвоении более 240 млн рублей. За решеткой Филатов находится по сей день. В июне 2017 года Верховный суд РФ продлил срок содержания Филатова под стражей до 28 сентября 2017 года. Таким образом, предприниматель провел за решеткой уже более 2 лет: 1 год 6 месяцев длилось следствие, полгода — суд.

Читать еще:  Как можно узнать внутричерепное давление и как его лечить

Как формируются сроки содержания под стражей

Каждый из вышеперечисленных предпринимателей провел за решеткой куда более шести месяцев. Как пояснил «Известиям» советник уполномоченного при президенте РФ по защите прав предпринимателей Сергей Ермаков, «продление срока содержания под стражей свыше 6 месяцев, до 12 месяцев, возможно в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела».

«Максимальный срок содержания под стражей при рассмотрении судом уголовного дела по существу УПК РФ не установлен. Следовательно, обвиняемые (подсудимые) при рассмотрении уголовного дела в суде содержатся под стражей до вынесения приговора, даже если рассмотрение уголовного дела будет длиться несколько лет», — отмечает Ермаков.

Кроме того, советник уполномоченного по защите предпринимателей обращает внимание, что после окончания расследования обвиняемые уже не могут влиять на результаты следствия, поскольку сбор доказательств к тому моменту завершен. Тем не менее суды не принимают этот факт во внимание и продлевают срок содержания под стражей подозреваемых, обосновывая свое решение тяжестью предъявленного обвинения, а также возможностью того, что обвиняемый скроется от следствия и суда.

«Активные следственные действия»

После доклада Бориса Титова о давлении на бизнес Владимир Путин в ходе своего выступления заявил, что предпринимателей следует освобождать из-под стражи, если правоохранительные органы не ведут в отношении них «активных действий». При этом под отсутствием активных следственных действий подразумеваются ситуации, когда не ведутся обыски, допросы, выемки документов, не делаются запросы и экспертизы.

Советник уполномоченного при президенте РФ по защите прав предпринимателей пояснил «Известиям», что после задержания и заключения под стражу обвиняемого непосредственно с его участием следственные действия могут не проводиться вплоть до окончания расследования.

«При этом активные следственные действия (обыски, выемки, допросы свидетелей и т.д.), как правило, проводятся в самом начале расследования. В дальнейшем проходят судебные экспертизы, на проведение которых обвиняемый оказать влияние не может», — уточнил Ермаков.

Конкурентная борьба

Опрошенные «Известиями» эксперты называли случаи заключения предпринимателей под стражу без активного следствия «одним из наиболее эффективных способов отнять бизнес у владельца». Как отмечает советник уполномоченного по защите предпринимателей, в случае избрания судом подобной меры пресечения бизнесмен фактически лишен возможности руководить своим предприятием.

«В результате предприятие вынуждено приостанавливать свою деятельность, как следствие — у руководителя возникает задолженность по различным платежам, в том числе по кредитам, налогам. Он попросту не способен исполнять обязательства по договорам, что приводит к банкротству организаций. Таким образом, заключение под стражу предпринимателя может использоваться с целью разрушения бизнеса и устранения конкурентов с использованием уголовного преследования», — отмечает Ермаков.

По словам Владимира Путина, такого рода защиту должны будут предоставлять предпринимателям члены бизнес-объединений — Торгово-промышленной палаты, «Опоры России», «Деловой России».

Принят закон, направленный на снижение административного давления на малый бизнес с 1 января 2016 года

Принят закон, направленный на снижение

административного давления на малый бизнес

С 1 января 2016 года по 31 декабря 2018 года вводится ограничение на проведение плановых проверок в отношении субъектов малого предпринимательства.

В числе исключений — лица, осуществляющие виды деятельности, перечень которых устанавливается Правительством РФ (рисковые виды деятельности).

Кроме того, под действие моратория не подпадут ЮЛ и ИП, привлекавшиеся, в частности к административной ответственности за грубые правонарушения, или лишенные лицензии на осуществление деятельности и с даты окончания проведения проверки, по результатам которой было вынесено такое постановление (решение), прошло менее трех лет.

Вводится понятие риск-ориентированного подхода организации и осуществления государственного контроля (надзора).

Данный метод предусматривает выбор интенсивности (формы, продолжительности, периодичности) проведения мероприятий по контролю отнесением деятельности ЮЛ, ИП и (или) используемых ими производственных объектов к определенной категории риска либо определенному классу (категории) опасности.

Критерии отнесения деятельности и производственных объектов к определенной категории риска либо определенному классу (категории) опасности определяются Правительством РФ, если такие критерии не установлены федеральным законом.

ЮЛ и ИП предоставляется право подать заявление об исключении их из ежегодного плана проведения плановых проверок.

(Федеральный закон от 01.01.2001 N 246-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля»).

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector